Фильмы программы Октябрь в «Октябре» 2017

НазваниеОригинальное названиеРежиссёрСтранаГодМин
Ангелы революцииAngels of revolutionАлексей ФедорченкоРоссия2014113
Настоящий октябрь1917 - Der wahre OktobeКатрин РотГермания, Швейцария201790
ЧекистThe ChekistАлександр РогожкинРоссия, Франция199293

Нажмите на русскоязычное название фильма, чтобы открыть его описание в новом окне.

Вернуться к списку конкурсных и внеконкурсных программ 39-го ММКФ.

«Ангелы революции» (реж. Алексей Федорченко) – Россия – 2014 – 113 мин

1934 год. На севере СССР неспокойно – хантыйские и ненецкие шаманы не хотят принимать новые традиции. Чтобы примирить две великие культуры – культуру Русского Авангарда и Древнее Язычество – в обскую тайгу отправляются художники: композитор, скульптор, театральный режиссер, архитектор-конструктивист, кинорежиссер-примитивист и руководитель отряда, знаменитая «Полина-Революция»…

«Настоящий октябрь» (реж. Катрин Рот) – Германия, Швейцария – 2017 – 90 мин

Санкт-Петербург, 1917 год. Линия фронта мировой войны неумолимо приближается, люди голодны, напуганы, обозлены. В феврале свергнут царь. Многие художники в восторге – революция! Свобода, наконец-то? Нет. Начиная с октября власть переходит к большевикам. Что делали в период смены власти такие художники-авангардисты, как Максим Горький и Казимир Малевич? В фильме пятеро из них оживают в виде анимационных персонажей. В их уста вложены их собственные высказывания.

«Чекист» (реж. Александр Рогожкин) – Россия, Франция – 1992 – 93 мин

Сотрудники ЧК Андрей Срубов, Ян Пепел и Исаак Кац зачитывают длинные списки врагов советской власти – тех, кто служил у белых или помогал им; тех, кто на кухне ругал большевиков; тех, чья вина состоит лишь в неподходящем социальном положении. Приговор всегда молниеносен, одинаков и безоговорочен: расстрел. Пытаясь соблюдать «революционную законность», судьи превращают зачитывание списков в рутину: их суд настолько бездумен, что они могут по неосторожности приговорить к смерти самих себя. В отличие от своих малообразованных соратников, для которых Революция дело исторической мести благородному сословию, Андрей Срубов пытается выстроить философию, которая могла бы оправдать кровопролитие общественным благополучием. Априорная неразрешимость данного вопроса приводит его к невыносимым мукам совести и далее к окончательному умопомешательству.